Статьи

Битва за красный антиквариат

14.06.2010

По мнению экспертов, инвестиционная привлекательность советского искусства не столь очевидна, как это было два-четыре года назад. Однако рост на рынке сохранится, пока в стране будет общий экономический подъем.

Покупка антиквариат — идеальный вариант совмещения солидного хобби с надежным вложением средств: это становится аксиомой настолько, что спрос на качественные предметы старины грозит превысить предложение. Тем более в России, где глубина антикварного рынка невелика: нет пласта античного наследия, до середины XII века не существовало и икон. Со временем раритетных вещей становится все меньше — большинство из них оседает в частных коллекциях и не спешит всплывать на вторичном рынке. Пополнить иссякающие запасы можно, ввозя предметы искусства из-за границы или отодвигая хронологические рамки того, что принято считать антиквариатом, все дальше к середине 50-х, 60-м и даже 70-м годам XX века. В этом случае речь пойдет об искусстве советского времени. Насколько перспективно оно с точки зрения финансовых вложений?

Золотая лихорадка. На заре перестройки покупка предметов советского искусства была сродни освоению золотых приисков — первыми это поняли зарубежные коллекционеры. Тогда мода на «рашн экзотик» выражалась не только в ритуальном приобретении ушанки с красной звездой или майки с надписью «СССР», но и в массовой скупке за суммы в $50-100 лучших работ мастеров советской живописи. «Нас опередили французы, голландцы, англичане и американцы, — рассказывает генеральный директор антикварного салона „Петербург — Москва“ Михаил Гацкевич. — В начале 90-х целые собрания советских художников вывозились за рубеж. В итоге картин практически не осталось даже у самих живописцев и их наследников». Зато американский бизнесмен Реймонд Джонсон собрал внушительную коллекцию в 12 тыс. полотен, организовал более полутора десятков аукционов и даже устроил совместный проект с Третьяковской галереей под названием «Пути русского импрессионизма». Не чуждыми «красному» антиквариату оказались американский искусствовед Верн Свенсон, владелец лондонской Izo Gallery Мэттью Баун и другие: дальновидные арт-дилеры путешествовали по российской глубинке, заглядывая в клубы, дворцы культуры, управления заводов и колхозов, куда живопись на соответствующую тематику поставлялась в добровольно-принудительном порядке.

Скупленные за бесценок на зарубежных аукционах шедевры соцреализма уходили за десятки тысяч долларов. С тех пор западный рынок советским искусством, похоже, пресытился. «Покупательная способность иностранных граждан себя уже исчерпала, — считает Ильдар Галеев, директор галереи „Арт-Диваж“, — за ажиотажем и бурным ростом продаж последовал спад». Однако имевший место всплеск интереса зарубежных коллекционеров к советскому искусству серьезно подогрел спрос среди российских собирателей, а произошедшее «вымывание» рынка в одночасье превратило предметы почти современного искусства в самый настоящий раритет.

И последние станут первыми. «Средние темпы роста цен на антиквариат, — рассказывает Михаил Гацкевич, — составляют около15% в год. Но бывают непредвиденные скачки, когда стоимость работ какого-либо художника вдруг возрастает в несколько раз. Это зависит не только от таланта, но и от многих случайностей». Так, творчеством Николая Дубовского широкая общественность стала пристально интересоваться после того, как в 1992 году его работу подарили Борису Ельцину.

В целом же имена многих советских художников продолжают оставаться нераскрученными, а стоимость их работ — серьезно заниженной. По качеству, отмечают специалисты, отечественная живопись 1930-1950 годов сопоставима с аналогичным периодом творчества художников ряда европейских стран. Однако стоимость полотен, например, немецких экспрессионистов достигает сотен тысяч долларов, в то время как цена на работы их советских коллег на порядок ниже.

Ситуация, впрочем, может вскоре измениться. «Сейчас наиболее интересно заниматься недооцененными именами, — считает Ильдар Галеев. — Та живопись, которая сегодня стоит $10-15 тыс., через пять-семь лет может продаваться за $100-150 тыс. Многие из тех картин, которые приобретались три-четыре года назад за $5-6 тыс. сегодня оцениваются уже в $40-45 тыс.». Так, два года назад полотна Алексея Пахомова стоили $10 тыс., сегодня их продают уже за $60 тыс. Цены на отдельные картины Роберта Фалька за год поднялись с $20 тыс. до $200 тыс. «Три года назад у нас было пять-шесть работ Юрия Пименова, — вспоминает директор галереи „Форма“ Владимир Соколов. — Сейчас мы не можем найти ни одной, и цены выросли примерно в десять раз — с $5 тыс. до $50 тыс.».

Агитплакат по сходной цене. Но не стоит думать, что искусство советской эпохи ограничивается лишь живописным наследием. Особой популярностью среди коллекционеров пользуется, например, агитационный фарфор. Разброс цен на тарелки-чашки-блюдца, а также миниатюрные фигурки, изготовленные сразу после революции, составляет от $5 тыс. до $25 тыс. «За прошедший год, — подсчитывает директор галереи „Гала“ Александр Авалов, — стоимость фарфора выросла примерно на 50-70%».

Впрочем, по свидетельству частного коллекционера и эксперта по агитационному фарфору и книгам русского авангарда Анатолия Боровкова, «фарфор первых лет советской власти начали вывозить уже с момента его создания в 20-е годы. Уже тогда он попал за границу — в основном в арабские страны. Потом была Великая Отечественная война, времена культа личности Сталина, когда „левое“ искусство, к которому относится супрематический фарфор, планомерно уничтожали». В результате изделия перешли в разряд раритетов, а рынок наводнили так называемые фальшаки. «Я предполагаю, — говорит Анатолий Боровков, — что они делаются с ведома сотрудников Ленинградского или других фарфоровых заводов, потому что это хороший приработок. Технологически расписать белый фарфор под работы художников-супрематистов очень несложно». Вместе с тем высококачественные подделки попадают иногда даже на аукцион Sotheby's.

Примерно такая же ситуация наблюдается и с подделкой агитплакатов: не стоит покупаться на заманчивую цену в $150 — скорее всего это фальшивка. «Я знаю, что на Украине печатают агитационные фашистские плакаты на русском языке, — утверждает коллекционер. — Оригинальных работ сохраниться не могло: они попадали только в закрытые архивы и уничтожались представителями силовых структур. Современные типографии позволяют изготовить очень качественные плакаты. Но поддельные постеры все же можно вычислить по не совпадающим с оригинальными размерам и по размытым краскам».

Плакатный бум зарубежный рынок пережил восемь лет назад, когда в Нью-Йорке прошел аукцион, полностью посвященный «постерам» советских времен. Ажиотаж взвинтил цены до $15-18 тыс., в то время как сегодня их невозможно продать дороже чем за $5 тыс. В России же цена на плакаты не превышает $3 тыс., а в среднем составляет $750-1000. По мнению Анатолия Боровкова, дорого продать советские плакаты сегодня невозможно. Исключением, пожалуй, могли бы стать работы Александра Родченко и Эля Лисицкого: так, цена на плакат «Клином красным бей белых» последнего могла бы составить $100-150 тыс. Но за последние 15 лет их работы не значились в каталогах ни одного международного аукциона.

Запастись терпением. Так стоит ли рассматривать «красный» антиквариат как инвестиционный инструмент? «У меня есть несколько экземпляров произведений советского искусства, — рассказывает „Ф.“ председатель правления банка „Советский“ Антон Юрковец, — но коллекция еще только начинает формироваться, и я очень взвешенно отношусь к выбору экспонатов. Но на данный момент для меня это скореехобби».

Эксперты, впрочем, настроены серьезно. «Если есть деньги, лучше вкладывать их в искусство первых лет советской власти, — советует Анатолий Боровков. — Это настолько редкий материал, что он будет только расти в цене». Среди имен, пользующихся наибольшим спросом у коллекционеров, Владимир Соколов называет Александра Дейнеку (за минувший год цены на его работы выросли с $5 тыс. до $15 тыс.), Сергея и Александра Герасимовых, Кукрыниксов. Михаил Гацкевич констатирует резкий рост цен на работы Николая Макарова и прогнозирует интерес к творчеству выпускника Академии художеств Владимира Холуева, стоимость работ которого пока не превышает $1,5 тыс. «Пройдет всего пара лет, и цена на его работы вырастет минимум в два-три раза». В то же время Ильдар Галеев уверен, что стоимость картин художников 30-х годов рано или поздно достигнет европейского уровня. «Цены в $200-300 тыс. за картины, которые стоят сейчас в десять раз меньше, вполне реальны. Но нужно запастись терпением на ближайшие 10-15 лет».

Юлия Гордиенко.

Реклама